О юридической деятельности начистоту. Интервью Председателя Совета УПП Евгения Артюха журналу "Юридический консультант"

- Как, на ваш взгляд, можно было бы отграничить тот вид профессиональной деятельности, которой занимаются работники юридических фирм и частнопрактикующие юристы, от иной правоприменительной деятельности? Насколько схожа эта профессиональная деятельность с той деятельностью, которую ведут юристы, получившие статус адвоката?

- Деятельность юридических фирм и частнопрактикующих юристов по внешним признакам схожа с деятельностью, которую ведут юристы, имеющие статус адвоката. Однако существует формальное различие: адвокаты в соответствии с российским законодательством не являются предпринимателями и действуют на основании федерального закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности». Юридические фирмы и частнопрактикующие юристы в свою очередь работают, не имея специального закона, регулирующего их деятельность. То есть фактически их присутствие на рынке юруслуг основывается лишь на норме Конституции Российской Федерации, дающей российским гражданам право заниматься предпринимательской деятельностью.
Зачастую потребители юридических услуг, не знающие о правовом регулировании адвокатов и не адвокатов, даже не задумываются о существовании между ними различий. Более пристальный анализ их деятельности позволяет эти различия выделить. В первую очередь отмечу, что юристы не адвокаты не имеют право заниматься уголовными делами. Но более всего отличия адвокатов и юристов, не имеющих такого статуса, проявляются в подходах к юридической практике. Юридические фирмы тяготеют к рыночным отношениям, и в целях эффективности своей работы не игнорируют рыночные законы: занимаются маркетингом, рекламой, продажами. Юрфирмы склонны уделять особое внимание практикам, сопровождающим деятельность хозяйствующих субъектов – бизнеса. Юридические фирмы кооперируются в своей деятельности с представителями различных консалтинговых направлений – аудиторами, оценщиками, риелторами, следовательно, предлагают клиентам комплекс услуг. Адвокаты же рекламой и продвижением занимаются меньше. В адвокатской среде бытует следующий стереотип поведения: «клиентов приводят другие клиенты» - система рекомендаций. Адвокаты работают, как правило, в одиночку, специализируются на конкретных делах, либо, к примеру, сопровождают интересы клиента в конкретных государственных органах.

- Нужно ли принимать какой-либо закон, который урегулировал бы вопросы осуществления частной юридической практики? Если да, то чем принципиально он мог бы отличаться от Закона об адвокатской деятельности?

- Для начала нужно принимать не закон, регулирующий осуществление частной юридической практики, а закон, который регулировал бы доступ к правоприменительной практике вообще. В какой бы области правоприменения гражданин, имеющий диплом юриста, ни осуществлял свою деятельность, он должен быть членом некого национального юридического сообщества, оформленного в ассоциацию, в глобальное СРО, основной целью которого было бы принятие стандартов профессиональной деятельности, кодекса профессиональной этики юриста.
Членство в этом сообществе стало бы единственным легитимным условием, позволяющим в нашей стране получить доступ к юридической практике в любом качестве: судьи, прокурора, следователя, адвоката, частнопрактикующего юриста, нотариуса и так далее. Исключение из организации влекло бы прекращение доступа к практике. Так на принципах саморегулирования можно навести порядок в юридической профессии. Прообраз такой организации – Ассоциация Юристов России.
И – решив таким образом вопрос места и роли юристов в обществе и государстве – далее можно говорить о принятии специальных законов, регулирующих отдельные направления юридической деятельности. В этом контексте мог бы появиться закон об оказании квалифицированной юридической помощи, но с уклоном не на организационно-правовую форму ее осуществления, а с закреплением гарантий получения потребителем качественной юридической помощи, и содержащим подробное определение, что такое юридическая помощь и кто имеет право ее оказывать.

- Каковы, на ваш взгляд, причины того, что юристы выбирают такую форму частной юридической практики, как деятельность без статуса адвоката? Что мешает им получить этот статус?
 
- Причин тому, на мой взгляд, несколько. Во-первых, начать юридическую деятельность, не получая статус адвоката проще – доступ на рынок ничем не ограничен и никак не регулируется. Сразу оговорюсь, что это не означает, что в условиях существующей вольницы на этом рынке царит совершенный беспредел. Дело в том, что потребитель не выбирает бездумно. Юридическим фирмам нужны особые аргументы, чтобы привлечь потребителя – это репутация, а также нематериальные свидетельства надежности типа наличия офиса, составления договора на оказание услуг, страхования профессиональной ответственности.
Во-вторых, не все частнопрактикующие юристы и специалисты юридических фирм в принципе хотели бы быть адвокатами. Адвокатура в своем нынешнем состоянии многое в методе работы восприняла от советской адвокатуры. Существующий закон об адвокатуре, по моему мнению, сдерживает развитие профессиональных консультантов в виде больших структур, сдерживает предпринимательское начало, так как относительно адвокатской деятельности невозможно говорить о предпринимательстве, об оказании услуг в сфере B2B.
Приведу несколько примеров. У меня есть знакомый, который в прошлом имел статус адвоката, но отказался от него, уйдя в юридический консалтинг как вид предпринимательской деятельности. Сейчас у него своя юридическая фирма. Я знаком с представителями адвокатского сообщества, работающими как коллегия адвокатов. Адвокаты-члены коллегии параллельно являются учредителями ООО и часть своей профессиональной деятельности, которая не относится к сугубо адвокатской, ведут на основе этих ООО.

-  Есть ли, на ваш взгляд, преимущества у такой формы организации частной юридической практики, как объединение юристов в юридическую фирму? Каковы эти преимущества? Или для юриста предпочтительнее работать самостоятельно?  Имеет ли значение для клиента юриста, работает ли он самостоятельно или в фирме?

- Преимущества юридической фирмы состоят в том, что грамотно построенная компания, разделенная внутри на практики, отделы, специализирующиеся на конкретных отраслях права, занимающиеся определенной проектной работой, позволяет быть привлекательной для клиентов, так как дает возможность получить комплексную услугу от ряда узкоотраслевых специалистов. Юристы, объединенные в юридическую фирму, способны решать сложные проектные задачи. Юрист, который работает самостоятельно, либо вынужден заявлять о своей универсальной специализации, что не может рассматриваться в качестве серьезного предложения, либо обречен на работу по узким вопросам, что снижает его привлекательность для большего числа клиентов и затрудняет их поиск. Для клиента имеет значение, работает ли юрист самостоятельно или в фирме. С фирмой клиент получает дополнительные гарантии качества услуг, а также гарантии, связанные с возникновением и урегулированием споров по качеству оказанных услуг. В случае страхования юридическая фирма за ошибки в профессиональной деятельности отвечает своим имуществом в виде активов. Частнопрактикующий юрист в любой момент может прекратить самостоятельную практику, получив какое-нибудь выгодное предложение от работодателя. А юридическая фирма, чтобы укрепиться на рынке, вынуждена постоянно развиваться, повышать качество оказываемых ею услуг.

- Несколько лет назад существовала такая форма допуска к частной юридической практике, как лицензирование платных юридических услуг. В настоящее время отсутствует какая-либо процедура допуска к частной практике для лиц, желающих оказывать юридические услуги за плату. Должна ли быть, на ваш взгляд, введена некая процедура допуска лиц к данной профессиональной деятельности, включая проверку профессиональных знаний? Какова должна быть данная процедура?

- Лицензирование платных юридических услуг действительно существовало, но по большому счету никаких положительных результатов не дало – ни потребителю, ни юристам, ни государству. Главная тому причина – формальность процедуры, которая состояла в том, что нужно было сдать в уполномоченный орган набор документов. В качестве альтернативы я вижу саморегулирование, когда государство делегирует часть своих публично-правовых функций по регулированию юридической отрасли организации, объединяющей профессиональных участников рынка юридических услуг на принципах саморегулирования. Об этом я уже говорил, отвечая на второй вопрос. Подчеркиваю, регулирование юридической профессии должно быть двухуровневое. Глобальное регулирование доступа к юридической профессии как таковой, где критериями профпригодности станут наличие диплома о юридическом образовании, успешная сдача некого базового экзамена и, безусловно, соблюдение стандартов профессиональной деятельности. И второй уровень – это специальное регулирование представителей конкретных отраслей юридической профессии на основе федеральных законов, предполагающих дополнительные узкоспециальные квалификационные требования. При этом законом может быть предусмотрено объединение юристов не адвокатов в саморегулируемые организации профессиональных участников рынка правовых услуг, также с предъявлением квалификационных требований.

- Какова, на ваш взгляд, должна быть роль общественных организаций (правозащитных, обществ потребителей и т.д.) в деятельности по оказанию платных юридических услуг? Можно ли проконтролировать, является ли их деятельность оплачиваемой или нет?

- Общественные организации (правозащитные, профсоюзные), политические партии могут, если хотят, оказывать юридическую помощь населению, но она по логике должна основываться на общественных началах, то есть вестись, согласно принципам добровольности и безвозмездности. И практика идет по пути безвозмездного оказания юрпомощи подобными организациями, которые, если и вступают с гражданами в денежные отношения, то в основном взимают плату лишь за покрытие расходов, связанных с ведением дела, но не за саму услугу. На сегодня нет легального определения понятиям «профессиональный участник рынка юридических услуг», «юридические услуги». Но я бы не стал рассматривать общественные организации в качестве профессиональных участников рынка юридических услуг, так как они не занимаются профессиональными вопросами ценообразования, маркетинга, в целом не влияют на рынок.

- Каким образом, на ваш взгляд, должен осуществляться контроль за качественным и добросовестным выполнением частнопрактикующими юристами, не имеющими статуса адвоката, своих профессиональных обязанностей? Как может осуществляться контроль за тем, чтобы в деятельности частных юристов отсутствовал конфликт интересов, за тем, чтобы они соблюдали конфиденциальность сведений, полученных от клиентов?

- Вопрос контроля качества юридической деятельности сложный, так как юристы оказывают услуги интеллектуального характера, нематериальные. Непрофессионалу невозможно оценить уровень качества услуги даже после того, как она была оказана. Это утверждение справедливо к любой интеллектуальной деятельности, опирающейся на специальные знания. Но контроль, безусловно, должен быть. Необходим такой механизм контроля, при котором потребителю будет, куда апеллировать, если он полагает, что предоставленная ему услуга некачественна. Как раз организации, созданные на принципах саморегулирования, могли бы стать арбитрами, рассматривающими обращения потребителей, регулирующими конфликт интересов.

- Как вы сегодня можете оценить деятельность частнопрактикующих юристов, не имеющих статуса адвоката (профессиональная квалификация, добросовестность в отношениях с клиентами и т.д.)? Есть ли объективные критерии для каких-либо оценок деятельности частнопрактикующих юристов?

- Деятельность частнопрактикующих юристов и юридических фирм в силу того, что их много, трудно характеризовать однозначно. Есть профессионально сильные юристы, юридические компании, есть слабые. Есть такие, которые занимаются юридической деятельностью, и не имея юридического образования. Главное мерило профессионализма – репутация участников рынка юруслуг, их профессиональная история.
При неразвитом правовом регулировании юридической профессии трудно как-то оценивать ее участников. Тем более юриспруденция не терпит однозначности. Сразу вспоминается поговорка «два юриста – три мнения». Но есть приземленные критерии оценки деятельности юристов. Это условия, в которых они работают, уровень заботы о клиенте, наличие системы контроля качества.
Любой критерий, конечно, субъективен, но я являюсь сторонником критериев, выработанных в результате их коллективного обсуждения заинтересованными лицами. В центре этого - опять же идея саморегулирования.

- Какова цель юридических фирм, объединившихся в Уральскую  правовую палату?

- Наша главная цель – при отсутствии государственного регулирования деятельности юридических фирм поддерживать в своих рядах высокие стандарты правовой работы. Цель привела к конкретным задачам. Это и мультилистинг – система экономического взаимодействия партнеров по Палате, в основе которой лежит объединенный прайс на услуги членов Палаты. Главная функция общего прайса – межпартнерский обмен информацией о рынке услуг, межпартнерский обмен поручениями клиентов. Это и стипендии, которые Палата выплачивает лучшим студентам Института Юстиции Уральской государственной юридической академии. Это и организация ежегодной конференции «Юридический бизнес», участники которой – юристы, иные профессиональные консультанты – обмениваются опытом и обсуждают насущные вопросы рынка юридических услуг, в том числе вопросы профессиональной этики. Осенью 2009 года конференция состоится в пятый раз. Полагаем, в ней, как и в четвертой по счету конференции осенью 2008, вновь примут участие многие российские юридические фирмы из разных городов страны, а также зарубежные юридические компании.

- Каковы преимущества юристов, являющихся членами Палаты, перед теми, кто в ней не состоит?

- Основное преимущество – маркетинговое. Создав Правовую Палату, фирмы, в нее входящие, приподнялись на ступеньку над общей необъятной массой юристов, которые занимаются или заявляют, что занимаются оказанием юридических услуг. Мы стали более открытыми для потребителя и требовательными сами к себе. На наших глазах количественно и качественно растут фирмы-участники УПП – совершенствуют свои подходы в работе с клиентами, открывают филиалы в других регионах России.
Объединение – это объективная необходимость для обмена опытом, повышения престижа юридической профессии. Можно назвать нонсенсом факт, когда юрист не состоит в профессиональном сообществе. Тот, кто не стремится к объединению, по-настоящему не находится в профессии.

- Высказываются предложения объединить в рамках адвокатуры всех юристов, ведущих частную практику? Каково ваше мнение по этому поводу?

- Неправильно объединять всех юристов в рамки существующей ныне адвокатуры, вводить адвокатскую монополию без решения вопросов регулирования юридической профессии, без коренной реформы адвокатуры. Речь идет о тех нормах и правовых механизмах, которые предусмотрены в законе об адвокатуре и адвокатской деятельности и которые сдерживают развитие юридической отрасли.

-  Высказываются мнения разделить между частнопрактикующими юристами, не имеющими статуса адвоката, и адвокатами «сферы деятельности» – юристам отдать правовое сопровождение бизнеса, а адвокатам – ведение уголовных дел. Каково ваше мнение?

- Я согласен с позицией, что адвокатами должны остаться те, кто оказывает услуги по уголовным делам, осуществляет правозащитную непредпринимательскую деятельность. А право оказывать иные юридические услуги должно быть предоставлено юридическим фирмам и частнопрактикующим юристам с условием их объединения в саморегулируемые организации, предъявляющие им квалификационные требования.

- Считаете ли вы, что объединение адвокатов и тех, кто ведёт частную юридическую деятельность без статуса адвоката, в единую профессиональную корпорацию неизбежно? Если вам кажется это невозможным, то по каким причинам это невозможно?

- Можно предположить, что закон о квалифицированной юридической помощи будет принят. Но в результате не произойдет объединения. Будет обязанность получить статус адвоката. Не объединение, а фактическое уничтожение в угоду лоббистов законопроекта целого сословия юристов, занимающихся предпринимательской деятельностью в сфере оказания юридических услуг. Объединение возможно только, если будет принят новый закон об адвокатуре, который бы по-новому регулировал процесс оказания услуг.

- Каковы, на ваш взгляд, основные причины разногласий между адвокатами и лицами, ведущими частную практику без статуса адвоката (если они имеются)?
Является ли причиной разногласий профессиональная конкуренция на рынке юридических услуг?

- Причина разногласий, думаю, не конкуренция. Даже смею утверждать, что больших разногласий нет. Адвокаты и не адвокаты – каждые занимают «свою» долю рынка. Спор возникает тогда, когда существуют попытки путем принятия закона переделить рынок в угоду отдельных представителей профессии. Такой подход не может не вызывать споров. Лицам, работающим на основах предпринимательской деятельности, которые на протяжении многих лет развивали свои фирмы, создавали репутацию, которым нравится этим заниматься, придется всё перечеркнуть. Попытка объединить всех в адвокатуру – это попытка совместить несовместимое – вот главная причина разногласий.